Размер шрифта: A A A
Цвет сайта: A A A A

«Этих дней забыть нельзя»

«Этих дней забыть нельзя»

07.05.2015

«Этих дней забыть нельзя»

«… В 1935 году, преподавая в 1-4 классах Сабуровщинской семилетней школе, решил поступить на заочное обучение в Калужское педагогическое училище. Окончил его с успехом в 1938 году, за что был премирован путевкой на экскурсию в Ленинград на пять суток.

Там прочитал объявление о наборе на заочное обучение в пединститут. Приезжаю домой, советуюсь с женой, она тоже учитель, окончила Рязанский пединститут и работала в нашей школе, преподавая химию и биологию. Мое желание одобрено, подаю заявление в Московский государственный педагогический институт им. В.И. Ленина. Сдаю вступительные экзамены, преподаю и учусь сам.

В январе 1939 года сдаю экзамены за первый курс. Год спустя заканчиваю второй курс, сдаю экзамены, перехожу на третий. Зимой опять экзамены – за первую половину третьего курса. В июне 1941 года приезжаю в Москву для сдачи зачетов и экзаменов за весь третий курс. Прослушали первые две лекции и вдруг…

Начало войны

Профессор Зарецкий внезапно прервал лекцию и вышел из аудитории. Через несколько минут вернулся и сообщил: «Фашистская Германия напала на нашу Родину. Немецкие войска перешли нашу границу. Началась война».

Фойе забито студентами. Мы слушаем по радио речь Молошова и его знаменитые слова: «Наше дело правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами!».

Институт быстро опустел. Женщины со слезами на глазах поехали домой. Мужчины – в военкоматы и на призывные пункты. Но нас, молодых учителей, в первые месяцы войны на фронт не брали.

Враг быстро продвигался в глубь нашей Родины, к ее сердцу – Москве. Западные области оккупированы. Люди спешно их покидали, прихватив самое необходимое имущество, угоняли скот. Через наше Сабуровщино потянулись обозы беженцев – из Белоруссии, со Смоленщины: семьи с детьми, старики. Они с горечью рассказывали о зверствах немцев: расправах над мирными жителями, погромах, грабежах, насильной отправке захваченного населения в фашистское рабство.

Гитлеровцы вступили в пределы Калужской области. Вот уже и нашу трассу начинают бомбить. Очередной налет 10 октября. Мы, учителя и школьники, покидаем классные комнаты, выбегаем в сад и прячемся в траншеях. С этого дня, 10 октября 1941 года, школу закрыли, занятия прекратились.

Вместе с таким же молодым учителем Петром Лякиным, моим одногодком ждем призыва – не призывают. Ждем формирования партизанских отрядов – нет и этого. Просим разрешения на эвакуацию – не разрешают. Сидим у телефона…

Враг уже вступает в пределы Бабынинского района. По телефону связываемся с Бабынино. Ответ: «Все организации из райцентре эвакуированы. Горят склады, вокзал. Поселок бомбят». Петр уезжает к родителям под Москву, я остаюсь в Сабуровщино.

В ноябре в него входят немецкие части и техника. С женой и детьми перебираюсь подальше от трассы в соседнюю деревню Егорьево, что за леском, в двух километрах, где нас приютили родители учеников.

Недели через две фашисты покидают наше село и направляются в сторону Калуги и дальше к Москве. В Сабуровщино все это время проживали старушка-теща. Приходили «в гости» гитлеровцы и в наш дом:  разбили комод, книжный шкаф, разбросали всю библиотеку. Политическую литературу я еще до прихода немцев отобрал, закопал во дворе и яму прикрыл навозом.

В конце декабря 1941 года враг вновь пришел в наше село – это когда его погнали от Москвы. В один из дней в Сабуровщино на ночь остановился их обоз из 35 подвод. Из оружия – пулеметы, карабины, огнеметы. Занимаются привычным для себя делом: выгребают зерно из складов, отбирают продукты у жителей и т.д.

Ночью, на 29 декабря, из лесочка «Сеча» приходят семь советских разведчиков и размещаются в крайнем доме. Узнав об этом, по кустам и оврагам пробираюсь к ним, рассказываю о том, что знаю о врагах. Один из разведчиков сообщает: «Будьте аккуратны! Сегодня сюда должны прибыть наши части. Будьте готовы!».

Возвращаюсь к семье, собираемся, что бы в случае чего срочно покинуть дом. Мороз стоял лютый, градусов под 40. Сабуровщино и Егорьево разделяет небольшой лесочек «Закаюшки». Оттуда и услышали хруст снега под ногами идущих. Наши! Освободители расположились приблизительно в километре от той части села, где ночевали немцы.

Часа через полтора в расположении фрицев раздались выстрелы, затрещали пулеметы за мостом, на выезде из Сабуровщино. А чуть позже вспыхнуло зарево, загорелся дом, где укрывались немцы. Позднее рассказывали, что пожар возник от трассирующей пули. Другие говорили, что наши подожгли дом специально.

Приближалось утро. Бой затих. Рассвело. К нам, стоявшим на улице, на коне подъехал советский лейтенант: «Будьте спокойны. Немцев в вашем селе нет. Мы их выгнали через село Сергиево на северо-запад. Расходитесь по домам».

Погибшие в этом ночном бою были – и с нашей стороны, и среди фашистов. Часов в 10 встречаю бывшего председателя колхоза Василия Ивановича Гуркина. Оккупанты назначили его старшиной в селе, но это не изменило его отношений с населением: к людям он был очень чутким, но и аккуратным. Позднее его призвали в армию, на фронте он погиб. С Василием Ивановичем решили собрать людей и убрать трупы: советских воинов похоронить в братской могиле на погосте, немцев – отвезти за деревню и закопать. Так и сделали.

Были жертвы и среди гражданских. У дверей собственного дома был убит немой колхозник, фамилию теперь не помню. Погибли девочка – школьница, а также Клава Соцкова, Михаил Соцков. Ранена была ученица 6-го класса Таня Воробьева.

После освобождения помогал нашим. С бойцом охраняли временный военный склад. В январе эвакуировал трех раненых бойцов из передвижного временного госпиталя, что размещался в бывшей Егорьевской школе, в госпиталь села Перемышль. По дороге нас обстрелял немецкий самолет. Все четверо были ранены, я – в ногу. Первую помощь нам оказали сначала санитары в деревне Погореловка, а затем врачи в Перемышле. «Мои» солдаты поехали своей дорогой, а я вернулся в Сабуровщино.

С 17 марта вновь начала работать школа и мы, преподаватели, приступили к выполнению своих профессиональных обязанностей. Учительствовал не долго: в мае 1942 года был мобилизован в армию.

Фронтовые первые дороги

Направили меня на формировочный пункт в Марийскую АССР, поселок Суслангер. Полтора месяца военной подготовки, а дальше учеба в пехотном училище в городе Сарапуль, что на берегу Камы. Теоретическая подготовка, практические занятия. У меня открылась рана. По заключению экспертной военной медицинской комиссии нас, шестерых слушателей отсеяли в нестроевые части.

В октябре 1942 года был направлен в формировавшуюся у города Кимри, на реке Волга, 357 стрелковую дивизию Центрального фронта. Зачислили в взвод топографов. Под Великими Луками формировались штурмовые отряды, куда вошли и мы, топографы.

Утором ворвались в город. На центральной улице, недалеко от Собора, одна из наших лошадей была убита. Вторая осталась в упряжке. Решили спасать, обстрел немцы вели яростный, и животное, и орудие. Спасли. Но… работали фашистские снайперы. Один из них оказался моим. Чувствую удар в левую руку, в рукавице какая-то жидкость. Это кровь.

Первую перевязку сделали встретившиеся бойцы. Добрался до штаба своей части, направили в медсанбат.

Путешествие по госпиталям

    После медсанбата началось мое путешествие по госпиталям. 8 суток в госпитале первой помощи в городе Куньи, столько же – в госпитале городе Калинин. Наконец операция в городе Осташково. В последнем пролежал около месяца. Кость начала срастаться.

А затем были госпиталя в городе Загорск, Абрамцево под Москвой. Новая операция. И далекий госпиталь в Ката-Кургане Чемкентской области, что в южном Казахстане, где лечился до июля 1943 года.

До победы над врагом

И снова фронт. Я в составе 55 отдельного разведбатальона 10 армии Первого Белорусского фронта (командующий – Г.К. Жуков, комиссар – Телегин).

1943 год не 1941. Мы не отступаем, мы освобождаем. Спас-Деменск, Рославль в Смоленской области, сам Смоленск. Города в Белоруссии – Орша, Борисов, Минск, Ровно, Молодечно, Витебск, Рудня. Затем Польша – Люблин, Познань, Варшава и другие. Прага.

Медали «За освобождение Варшавы», «За боевые заслуги»…

 Форсировали Вислу и вступили на немецкую землю. Города Реннеи перед Одером, Франкфурт на Озере. И, наконец, Берлин. Площадь у Рейхстага и Победа!

Домой уехал не сразу. По поручению командования батальона руководил и проводил политинформации с бойцами в ротах, возглавлял клуб на культбазе.

Возвращение на Родину

Демобилизовался 10 октября 1945 года. По пути домой, нам было поручено доставить на Родину увезенные фашистами экспонаты из разграбленных наших музеев. 8 вагонов.

На Ярославский вокзал столицы прибыли в памятный день – 7 ноября 1945 года. Привезенное имущество сдали и разъехались по вокзалам, кто на Савеловский, кто на Белорусский, а я на Киевский. В родное Сабуровщино приехал 10 ноября.

Вновь на трудовом фронте

 Вернулся к педагогической деятельности в январе 1646 года. Восстановился и закончил Московский педагогический институт им. В.И. Ленина.

В 1947 году вступил в КПСС, занимался общественной работой, три года возглавлял парторганизации в колхозах «Красный Восток», им. Чапаева, «7-я типография»…».



Дата создания: 08.05.2015 20:43:57

Возврат к списку